Симона де Бовуар: «Женщина обречена быть безнравственной, потому что мораль предписывает ей роли сверхъестественного существа»

«У меня всегда вызывало раздражение, когда в ходе отвлеченной дискуссии кто-нибудь из мужчин говорил мне: «Вы так думаете, потому что вы женщина».

Но я знала, единственное, что я могла сказать в свою защиту, это: «Я так думаю, потому что это правда». Устраняя тем самым собственную субъективность.

И речи не могло быть о том, чтобы ответить: «А вы думаете по-другому, потому что вы мужчина». Ибо так уж заведено, что быть мужчиной не значит обладать особой спецификой».

Симона соглашалась, что всякое действие чревато риском и угрозой поражения. Уверяя, что долг человека перед собой в том, чтобы соглашаться на риск, но отвергать даже мысль о грядущем поражении.

Философка рассуждала на тему жизни и смерти, любви и верности, боли и прощения. Изначально верующая католичка, повзрослев, создала философию экзистенциализма, популяризируя идеи индивидуализма и сексуальной свободы.

«В тот день, когда женщина сможет любить благодаря своей силе, а не благодаря слабости, когда она будет любить не для того, чтобы бежать от себя, а для того, чтобы себя найти, не для того, чтобы отречься от себя, а для того, чтобы себя утвердить, — в тот день любовь станет для нее, как и для мужчины, не смертельной опасностью, а источником жизни».

Девятая женщина, получившая образование в Сорбонне, 21-летняя Бовуар стала второй в общегосударственном рейтинге студентов Франции. На первом месте оказался ее однокурсник Жан-Поль Сартр.

Оба они отрицали брак и всю последующую жизнь состояли в открытых отношениях. Симону и Жана-Поля похоронили в одной могиле на кладбище Монпарнас.

«Никто не относится к женщинам более надменно, агрессивно или презрительно, чем мужчина, не уверенный в своей мужественности», — писала Бовуар в своем бестселлере «Второй пол. Этика подлинного существования». Многие до сих пор считают книгу середины прошлого века самым полным историко-философским исследованием о положении женщины.

«И я постепенно заметила: чем более абсурдными кажутся какие-то вещи, тем более вероятно, что они окажутся правдой», — автобиографический роман «Неразлучные» Симона не публиковала при жизни, считая его слишком личным. В 2020-м его издала приемная дочь писательницы Сильви Ле Бон де Бовуар.

«Женщина обречена быть безнравственной, потому что мораль предписывает ей роли сверхъестественного существа — то есть и сильной женщины, и превосходной матери, и эталона честности. Как только она начинает думать, мечтать, спать, чего-то желать, дышать, не следуя установленным правилам, она разрушает тот идеал, который создали мужчины», — феминистка признавалась, что у нее кровь стынет в жилах от «фам тоталь», тотальной женщины, каких было много в Париже в середине прошлого века.

«Худо-бедно имеют профессию, якобы хорошо одеваются, занимаются спортом, содержат в идеальном порядке дом, замечательно воспитывают детей. Хотят доказать, что состоялись во всех отношениях. А на самом деле разбрасываются, ничего толком не добившись».

Порой Симона де Бовуар не стеснялась в выражениях, когда дело касалось стереотипов о женщинах:

«Современной женщине, женщине свободной, преуспевающей,  — на хрен оно сдалось, сердце».

В своей работе «Второй пол» Симона писала: «Именно в существующем мире человеку надлежит добиться торжества царства свободы. И чтобы одержать эту высшую победу, в числе прочего, мужчине и женщине необходимо возвыситься над своими естественными различиями и заключить между собой подлинно братский союз».